В Мире Театра!

Андрей Кравчук: «Зрители должны смотреть на актеров, а видеть себя»

Режиссер и сценарист фильма «Викинг» — о работе над картиной, князе Владимире и зрительском скепсисе

Фото: ТАСС/Максим Шеметов

Под Новый год в прокат вышел самый ожидаемый российский фильм — историческая драма «Викинг», в которой князя Владимира сыграл Данила Козловский. Корреспондент «Известий» побеседовала с режиссером картины Андреем Кравчуком.

— Почему фильм назвали именно «Викинг»? А не «Князь», например?

— Ответ на вопрос в самой картине. Не хотелось, чтобы название сразу давало подсказку, про что кино. В основном все общие познания на тему биографии князя Владимира имеют оттенок школьной программы, не переходящий в более глубокий культурный слой. Поэтому опасно было бы дать название, отсылающее к той же школьной программе.

— У «норманской теории» происхождения Рюриковичей много оппонентов…

— А мы этот момент в кино не затрагиваем. Мы ориентировались на «Повесть временных лет», где описано, как Владимир вместе с викингами-варягами пошел войной на брата, а потом не мог с ними расплатиться. Можно было бы назвать фильм «Варяг», но тогда он бы ассоциировался со знаменитым крейсером и войной 1905 года.

— Семь лет работы над проектом. Не было под конец усталости и желания побыстрее закончить?

— Чувство усталости у меня возникло на середине проекта, когда он более или менее оформился творчески, а мы были вынуждены еще дособирать финансирование и откладывать съемки. Но зато мы подготовленными вошли в съемочный период. А дальше всё было здорово и интересно — целое приключение.  

Особенное воодушевление я испытывал, когда мы строили декорации, создавая мир, который надо было обживать — придумывать, кто есть кто из героев и где живет… Трудно было снимать бои с большим количеством массовки. Много лошадей, специальной техники, всё снимается долго, каждый трюк — отдельно.

В финальной сцене почти 500 человек принимали участие. Для меня в этом смысле «Викинг» стал огромным опытом. Еще был драйв от эпохи — мечи, лошади, война, ветер, корабли. И о чем-то важном, настоящем, о человеческих страстях с дистанции времени можно говорить более открыто и откровенно.

— Чем же вас так князь Владимир заинтересовал? Немало же было в нашей истории неординарных личностей.

— Тем, что мало людей способны полностью изменить себя. Пройти путь от злодея до полного морального переворота в убеждениях. А он смог. Об этом хотелось думать — доказать, что в жизни такое возможно. Пройти вместе с ним его путь. Поэтому мы старались уйти от житийности к реалистичности. Главным было — создать ощущение живых людей, чтобы зрители смотрели на актеров, а видели себя.

— Что вы ощущаете перед премьерой?

— Волнуюсь, конечно. Ведь с выходом картины теряется возможность что-то улучшить и подправить. Всегда кажется: надо еще что-то сделать, дать картине отлежаться. А после премьеры фильм — как выросший ребенок, который уходит из дома. Страшно, как он там будет без тебя… Но отпускать надо. 

— Константин Эрнст называет «Викинга» своим проектом, Максимов — своим, но они продюсеры, а вы режиссер и автор идеи, так что по большому счету проект ваш. Как вам работалось с двумя ведущими продюсерами России?

— Я сформулировал замысел, мы его обсудили и выработали единый взгляд на то, каким должен быть образ фильма. А дальше вместе работали. В разных сферах, но над одной задачей. Каждый занимался своим делом. Моя зона ответственности — площадка, подготовка, раскадровка, работа с артистами.

— Многие жалуются, что в продюсерском кино режиссер отходит на второй план и не может реализовать свои творческие идеи. 

— Мне в этом плане повезло — я работаю с продюсерами, которым важнее всего итоговый результат. Мы, например, почти не отошли от изначального замысла.

— Завершается Год российского кино. И кроме «Экипажа» масштабные проекты в прокате себя показали не очень хорошо. Не боитесь, что на восприятие «Викинга» окажет влияние этот неблагоприятный фон?

— Легче всего сказать, что коллеги делают плохо, мы — хорошо, и они нам мешают жить. Но тут более сложная проблема. Даже в Голливуде выстреливают не все фильмы подряд, и потенциальные блокбастеры тоже проваливаются. Имена крупных студий не являются гарантией, что фильм «пойдет». Но серьезное отличие голливудских картин от наших в том, что их качество примерно одинаковое.

 Нет явной халтуры?

— Да, средний стандарт достаточно высокий. Хотя в последних больших голливудских проектах сильно упало качество компьютерной графики. Они стали переносить производство в графику, и им просто не хватает ресурсов, особенно человеческих, довести фильмы до качества того же «Аватара». Но наш зритель западным картинам такие огрехи прощает. Это как в Макдоналдсе — гамбургер на вкус будет таким, каким ты ожидаешь. Не изысканное, но качественное блюдо, одинаковое что в Химках, что в Краснодаре.

С нашим кино наоборот: есть фильмы, сделанные качественно, а есть откровенно плохие. И эти «качели» вызывают раздражение. Плюс скандалы и обсуждения. Кредит доверия у зрителей исчерпался. Я отзывы на трейлер «Викинга» читал: пишут, что выглядит круто, но всё равно будет плохо. 

— Продюсеры жалуются, что хороших сценариев нет.

— Да, есть такая проблема. Возможно, из-за большого количества сериалов, где в основном зарабатывают сценаристы. Там работа быстрая, на скорую руку. Диалог и всё, что происходит в сцене, обслуживают движение сюжета, не раскрывая героя и конфликт, не работая на образ.

У сценариста вырабатывается привычка к такому формату. Мало придумать историю — надо раскрыть тему, сделать так, чтобы люди в ней ожили, дойти до какого-то итогового высказывания. Иногда даже в хорошо придуманных историях чувствуется недоработка.

— С другой стороны, сегодня всё чаще можно услышать, что качество уходит из большого кино в телеиндустрию — в сериалы.

— Те, кто так говорит, что-то перепутали. Если иметь в виду проекты вроде «Игры престолов» или «Больницы Никербокер», то да — по качеству они сравнимы с полнометражными фильмами. Но, в отличие от фильма, рассчитанного на большой экран, их авторы не тратят время на аттракцион, а сосредотачиваются на характерах и драматургии.

Но в нашей телеиндустрии такого я не вижу. К сожалению, большинство телефильмов — за гранью профессии. Просто на скорую руку проиллюстрированный сюжет. Не хочу говорить про всех, я не так много смотрю, но большинство наших сериалов именно такие.

— А кино, в отличие от телевизора, часто смотрите?

— Да, люблю в кинотеатр ходить, и когда есть время, стараюсь смотреть наши и зарубежные картины. Как в детстве: садишься в зал и погружаешься в историю. Очень люблю момент, когда гаснет свет, на большом экране возникает изображение, появляется звук… Кино — моя профессия, жизнь. Потому что телевизор или гаджеты дают представление о фильме, но картина живет только на экране.

Известия

© В МИРЕ ТЕАТРА

Оставьте комментарий к этой записи ↓

Ваше имя *

Ваш email *

Ваш сайт

Ваш отзыв *

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию. Нажав кнопку "отправить", вы даете согласие на обработку своих персональных данных.