В Мире Театра!

Драматург Ярослава Пулинович о нарушении авторских прав. «Почему я собираюсь выйти из РАО»

Когда Российские театры стали активно ставить мои пьесы, мне позвонила женщина из РАО и предложила стать членом их организации. Конечно же, я вступила. Во-первых, потому, что большинство театров чуть ли не по умолчанию вписывают в договор РАО сборщиком процентных отчислений. Во-вторых, по идее, РАО создано для того, чтобы защищать авторов и их права. А кому не хочется быть защищенным и иметь за спиной такую мощную силу?
 
Спустя несколько лет я поняла, что жестоко ошибалась на этот счет. За все почти десять лет ни разу РАО не защитило мои права, ни разу оно не встало на мою сторону в конфликтных ситуациях. Зато все эти годы РАО исправно собирало отчисления за спектакли, сыгранные по моим пьесам, и точно так же исправно забирало свой процент (напомню, авторы платят РАО 15 % от своих процентных отчислений за услуги по сбору денег с театров). Приведу несколько случаев.
 
1. В Житомире была поставлена моя пьеса «Наташина мечта» под другим названием и за другим авторством. Несколько людей написали мне тогда, что это слово в слово моя пьеса. Я позвонила в Житомирский музыкально-драматический театр, директриса призналась, что да – пьеса моя и даже согласилась сменить название спектакля и имя автора на оригинальные и заплатить денег. Но, видимо, поразмышляв, пришла к выводу, что автор совсем обнаглел требовать деньги за свои подростковые экзерсисы, после чего тактично меня послала и на мои звонки больше не отвечала.
 
Я обратилась в РАО. На что РАО (организация, которая обещала защищать мои права по всему миру) голосом милой немного флегматичной тетушки ответило: «Ой, это же Украина. С ними не разберешься, мы вам ничем помочь не можем. Может быть, вам к коллекторам обратиться?» К коллекторской деятельности я отношусь отрицательно, а потому совет тетушки проигнорировала. Несколько месяцев спустя мне прислали ссылку на статью из житомирской газеты. В ней режиссер постановки обвинял меня в жадности и страсти к наживе. Ага, видимо вот поэтому я не получила в итоге ни копейки (а не потому, что РАО плохо работает, и театры не уважают труд авторов).
 
2. В Казахстане в небольшом городе поставили пьесу «Мойщики», написанную мной совместно с Павлом Казанцевым. Город маленький, театр бедный, обычно я в таких случаях иду людям навстречу, суммы гонораров называю смешные. Но тут директриса позвонила уже после премьеры спектакля и безапелляционным тоном заявила, что они будут платить нам с Пашей 7% через РАО, и я должна немедленно подписать договор. Я не люблю, когда мне указывают, что я должна, а чего нет, договор подписывать я отказалась. Более того, я обратилась в РАО с просьбой эту ситуацию урегулировать. Написала заявление, указала все ссылки в интернете, где упоминался данный спектакль (СМИ, сайт театра). Через несколько месяцев мне было сказано, что юристы РАО не нашли доказательств того, что спектакль был в действительности поставлен. Вывод – мы живем с РАО в разных действительностях.
 
3. Ситуация последних дней. В Екатеринбурге маленький театр поставил мою пьесу «Как я стал». Договор мы с режиссером и директором этого театра заключили на словах (театр маленький, в одном городе живем), на бумаге его не существует. Далее режиссер обещает вот прямо на днях перечислить деньги. Июнь сменяется июлем, июль августом, осень сменяет лето, а тот самый день так и не наступает. Более того, во всех соцсетях режиссер меня игнорирует.
 
Я не люблю, когда меня игнорируют. А тем более мужчины-режиссеры. Как-то вдвойне обидно. Я обращаюсь в РАО – прошу разобраться в сложившейся ситуации. На что РАО отвечает, что я должна доказать, что спектакль идет! Предоставить афиши, программки спектакля и ДОГОВОР С ТЕАТРОМ! Видимо, когда в «Коляда-театр» пришло письмо с уведомлением об истечении срока действия прав на «Карлсона», это Астрид Линдгрен подсуетилась и сбегала с программками в РАО.
 
Я написала об этом пост в Фейсбуке. Люди со всей страны стали писать мне, что РАО – не правозащитная организация (странно, а позиционируют они себя именно так), а свои 15% они берут за то, что ведут мою бухгалтерию.
 
Так вот, если деньги они получают только за ведение бухгалтерии, то тем более не стоит никогда и ни за что вступать в эту организацию. За все десять лет месячный отчет о том, какой театр и сколько мне заплатил, я получила всего три раза и то после настоятельных просьб. Я никогда не знаю, кто и сколько денег мне перечисляет. Каждый раз я прошу работника РАО высылать мне ежемесячные отчеты о моих доходах и каждый раз мои пожелания игнорируются. Согласитесь, что это очень странно, нанять себе бухгалтера, который будет прятать от вас всю финансовую бухгалтерию? А на фоне Федотовских замов в Шотландии это выглядит тем более странно.
 
В довершение ко всему вышесказанному хочу добавить, что в России театральный автор совершенно не защищен. С одной стороны – не всегда честные театры, с другой РАО – совершенно бессмысленная, но очень жадная организация. Мой текст даже не о РАО, а о том, что сегодня мы как никогда нуждаемся в организации, которая вела бы документацию и финансовые дела авторов, защищала бы драматургов в судах и разбиралась бы с недобросовестными театрами. Я готова платить такой организации процент от своих доходов, но только пусть все будет по-честному – предельно прозрачно и законно.
 
«Театрал» будет следить за развитием ситуации. И готов ввести постоянную рубрику о защите авторских прав. Пишите о наболевшем: redactor@teatralmedia.ru

teatral-online.ru

© В МИРЕ ТЕАТРА

Оставьте комментарий к этой записи ↓

Ваше имя *

Ваш email *

Ваш сайт

Ваш отзыв *

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию. Нажав кнопку "отправить", вы даете согласие на обработку своих персональных данных.