В Мире Театра!

«Ночь Кандинского» в Третьяковской галерее на Крымском Валу

Режиссер Юрий Квятковский

Василий Кандинский всерьез увлекался сценографией и театром. Вместе с композитором Фомой Гартманом он разрабатывал «композиции для сцены» («Желтый звук», «Фиолетовое»), главной темой которых оставалась спасительная роль искусства, приходящего на помощь человечеству на краю духовной гибели. Вдохновленный философией Рихарда Вагнера и идеей скрябинской «мистерии», в своих театральных поисках Кандинский шел дальше по пути дематериализации формы — к созданию высшей синестетической красоты.

В честь празднования 150-летия художника Государственная Третьяковская галерея в рамках «Ночи в музее» создала уникальный проект, неотделимый от выставки «Василий Кандинский. Контрапункт: „Композиция VI“ — „Композиция VII“» — медиаспектакль «Двоица», режиссер которого Юрий Квятковский рассказал о том, как сегодня переосмысляется авангардное искусство.

Помимо медиапроекта, в Третьяковской галерее 21 мая пройдет авторская музыкальная программа SATIEsfaction, будут открыты семейные творческие мастерские «Художественные практики Кандинского», а также все пришедшие в музей смогут бесплатно посетить экспозиции и выставки на Крымском Валу.

Генеральным продюсером вечера выступила Laboratory ABC — команда специалистов в области арта, медиа и бизнеса. В их портфолио — сотрудничество с Парком Горького, МАРХИ, Музеем Москвы и другими городскими пространствами. Для юбилейной выставки Василия Кандинского Laboratory ABC также подготовила мультимедиапроект «Путь к абстракции».

Дмитрий Брусникин. Фото: Анна Гальперина

Юрий, как бы вы назвали жанр проекта, который создали для Третьяковской галереи? Это перформанс, хореографический спектакль? Что в нем от театра?

Наш проект можно назвать медиабалетом. Мы не придумали нового направления, просто открыли для себя новые инструменты, с помощью которых соединили классические балетные партитуры и искусство. Хореограф Ирина Галушкина имеет за спиной классическую балетную школу, а в проекте участвуют профессиональные танцоры.

Дмитрий Брусникин

Режиссер театра и кино, руководитель Мастерской Брусникина

Наша мастерская часто ставит спектакли в нетрадиционных, на первый взгляд, пространствах. Это наш стиль. Таким образом мы ищем новые ощущения, форматы, звучание и средства языка. У нас уже был опыт работы с выставкой «Дмитрий Пригов. От Ренессанса до концептуализма и далее» в Третьяковской галерее на Крымском Валу. Нам хотелось продлить сотрудничество. Живопись Кандинского заставляет думать. Вообще абстрактная живопись — это практически переход в науку, это анализ цвета, его взаимодействия со звуком, влияние на человека. Творчество авангардистов никогда не устаревает и не становится «пыльным». За ним всегда новая идея.

Это наводит на мысль о балетах Каролин Карлсон. Например, ее «Знаки» — спектакль называли ожившей живописью, а музыка создавалась именно на хореографический сюжет. Вы обращались к западным коллегам?

Мы анализировали много разных синтетических проектов на границе балета и медиаарта. В данном случае партитуры сочинялись под заранее придуманный видеосценарий Яна Калберзина, с которым мы обсуждали разные возможности того, как мультимедиа может взаимодействовать с живым артистом. Наша сцена построена таким образом, что экранная поверхность будет отражает поверхность, на которой танцуют. Вся хореография ориентирована в плоскости пола: артисты не встают на ноги, они все делают лежа. Сверху их будет снимать камера, а потом транслировать это на экран с разными проекциями и орнаментами, которые сочинил Ян Калберзин.

Почему у балета такое название?

Так или иначе выставка посвящена двум работам Василия Кандинского, которые стоят друг напротив друга. Дуализм этой задумки перекочевал в балет. У нас тоже два танцпола, а рядом с ними стоят два экрана. Получается взаимодействие двух партитур. Сюда подходит игра слов: то ли «двоица», то ли все «двоится».

Татьяна Гетман

Кстати, о Кандинском: какие-то его философские идеи принимались во внимание?

То, что предложил в свое время Кандинский, сейчас, конечно, воспринимается немного по-другому. Даже от словосочетания «цвет звука» у современного человека идет уже другой ассоциативный ряд. И то, что имел в виду Василий Кандинский в своих сценариях, было новаторством, но новаторством, которое имело место уже давно. А сейчас мы пытаемся открыть, что же это значит для нас.

Татьяна Гетман

Куратор проекта «Ночь Кандинского»

Основа концепции всего спецпроекта — одна из главных идей Кандинского о синтезе искусств. Идея синтеза искусств часто звучит в книге художника «О духовном в искусстве» (1911), где слово определяется как «внутренний звук». В его статье, опубликованной в альманахе «Синий всадник» (1912), теоретически обосновывается жанр «сценической композиции». По мнению Кандинского, «сценическая композиция» состоит «из следующих трех элементов: из музыкального движения, живописного движения и из движения художественного танца». Эта идея художника будет воплощена в пространстве Третьяковской галереи.

С помощью видеоарта вы в какой-то степени делаете живопись художника понятнее для зрителя?

Это не попытка объяснить художника, это акт того, как мы подхватываем импульс от живописи и пытаемся рождать свои художественные высказывания, то есть картина для нас — двигатель, отправная точка, повод для того, чтобы высказаться. Абстрактное искусство тем и прекрасно, что каждый должен и имеет возможность почувствовать и понять свое. Если картину Кандинского разобрать, подписать цифрой или словом каждый мелкий элемент, от этого не будет пользы. Такую живопись нарративно объяснять не имеет смысла. Она играет с твоими чувствами в целом. Их ты можешь превратить в свое художественное высказывание.

Синтез нескольких видов искусства для медиапостановки — ваша идея или ее предложила куратор Татьяна Гетман?

Мы «родили» это вместе. Она изначально чувствовала, что это должна быть хореографическая партитура, а мы, подумав, решили соединить танец с медиаартом, чтобы на стыке этих жанров поискать новые смыслы и формы.

Марина Глухова и Дмитрий Брусникин

Как вы думаете, почему при этом обратились к вам и Мастерской Брусникина?

В последние годы мы с ним тесно работали над многими проектами. Изначально этот проект предложили Мастерской Брусникина, потому что знают, что они имеют дело с нетрадиционным пространством. Но Мастерская Брусникина — это еще и большая институция, в которой задействовано много художников и режиссеров.

Марина Глухова

Креативный продюсер проекта, основатель Laboratory ABC

Важно понимать, что любой проект для музея — это не только шоу, это в первую очередь идея, которая совместно разрабатывается с кураторами. Более того, статус Третьяковской галереи поднимает еще более высокую планку контентному и смысловому содержанию. Классический перформанс уже давно не уникальный жанр. Особенность нашего проекта в том, что перформанс по мотивам работ Василия Кандинского пройдет в музее не единожды, мы хотим продлить его показы до осени. Можно сказать, что музейное пространство превратится в театр. Идею мультимедийного проекта «Путь к абстракции», который мы продюсировали для выставки (его можно увидеть во время марафона экскурсий), предложила Зельфира Исмаиловна Трегулова. Она сказала, что Кандинский как раз тот художник, который мог бы наилучшим образом воплотиться в digital из-за графики и формы. Наша команда Laboratory ABC вдохновлена этим экспериментом, и у нас есть идея создавать больше аналогичных цифровых проектов и показывать их в Европе, Америке — там, где нет возможности увидеть подлинники.

Ваше предшествующее увлечение авангардом (спектакль «Второе видение») при этом играло значение?

Мне кажется, что увлечение авангардом для русского активно мыслящего человека — это перманентная ситуация, потому что к авангарду просто нельзя охладеть. По сути, этот период стоит во главе всего культурного фонда России.

Вы считаете, что авангард — наша главная культурная ценность?

Конечно! Это очевидно. Именно в этот период все случилось.

А что именно вы видите на этих двух картинах Кандинского — в композициях VI и VII?

Мы подробно исследовали их для проекта, начали соотносить содержание с формой. В них много библейского смысла, библейских сюжетов. Все классические библейские мифы про Всемирный потоп, про сотворение мира — в этих композициях отражено это. Я вижу очень адекватную попытку высказаться на тему сотворения мира.

Могли бы вы взять за основу еще какого-либо художника, чтобы так же поработать в пространстве с актерами и танцорами?

Их можно перечислять бесконечно. В первую очередь Малевич. Маяковский, его серия плакатов «Окна РОСТА». Ларионов, Гончарова, Кончаловский, Машков. А еще Шагал.

theartnewspaper.ru

© В МИРЕ ТЕАТРА

Оставьте комментарий к этой записи ↓

Ваше имя *

Ваш email *

Ваш сайт

Ваш отзыв *

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию. Нажав кнопку "отправить", вы даете согласие на обработку своих персональных данных.