В Мире Театра!

Нонна Гришаева: «Людмила Гурченко – мой ориентир»

О природе зрительской любви Нонна ГРИШАЕВА может рассуждать часами: публика ее любит и в комедийных ролях, и в телевизионных шоу, но всё это, по мнению актрисы, - пока только аванс к большому и интересному периоду. Дело в том, что возглавив Областной ТЮЗ, Нонна Гришаева все чаще стала играть роли, наполненные драматизмом.
 
Нонна, зрители привыкли видеть вас комедийной актрисой, можно сказать клоунессой и вдруг – «Пять вечеров», сильная драматическая роль…
– Драматическое нутро было во мне всегда, но об этом помнят только мои педагоги из Щукинского училища. К сожалению, наша актерская профессия такова, что если ты в кино или на телевидении неплохо себя проявил в каком-нибудь амплуа, то уже дальше режиссеры и продюсеры захотят эксплуатировать полюбившийся образ, и очень сложно артисту сломать этот стереотип.
 
Но вы все же пытаетесь?
– Да, безусловно. У меня в кино есть две работы, где удалось с этим справиться. Я говорю о сериалах «Служу Советскому Союзу» и «Непридуманная жизнь». Там достаточно яркие драматические роли, за которые пришлось побороться. В театре в этом отношении немного проще. Поскольку теперь я худрук Областного ТЮЗа, то могу сама выбирать режиссеров и пьесы для постановки.
 
А все же, почему свой выбор остановили на «Пяти вечерах» Володина?
– Для меня творчество Людмилы Гурченко всегда было неким маяком и ориентиром, к которому я внутренне стремлюсь. Ее роли меня по-хорошему преследуют на протяжении всей жизни. Я поступала в Щукинское училище в обнимку с ее книжкой «Аплодисменты». Меня всегда поражало, как в репертуаре такой, казалось бы, абсолютно фееричной, характерной, поющей актрисы появились столь сильные драматические роли – вспомнить хотя бы фильмы «20 дней без войны» или «Пять вечеров». Но это нужно быть Германом, чтобы не побояться доверить Гурченко такой материал.
 
В моей биографии все складывается сложнее. В какой-то момент я подумала, что уже пора ломать устоявшиеся стереотипы. Я всегда хотела сыграть Тамару в «Пяти вечерах».  Однажды мне предложили ввестись в антрепризный спектакль, но я отказалась, потому что постановка мне не понравилась. Тогда я сказала себе, что обязательно осуществлю свою мечту, но найду такого режиссера, который сделает из этой пьесы не бытовой спектакль.
 
Как же вы угадали, что Павел Сафонов тот самый режиссер?
– Он мой однокурсник, мы дружим.  Однажды, посмотрев его спектакль «Старший сын», я поняла, что нужно уговаривать именно Пашу на совместную работу. Честно скажу, убеждать пришлось долго. Может быть это из-за того, что он не сразу поверил в меня и моих артистов. Но все же посмотрел «Варшавскую мелодию» и понял, что я смогу.  Да и артисты не подвели.
 
Работой остались довольны?
– Давно не получала такого удовольствия от репетиций. Паша до сих пор приходит в ТЮЗ, следит за спектаклем и говорит: «Гришаева, как мне было здорово у тебя работать. Какое это счастье, когда артисты с тобой не спорят, а доверяют». Действительно, сейчас это большая редкость.
 
Скажите, а кого еще из режиссеров вы пригласили к сотрудничеству?
– Приглашаю очень многих, но графики настолько плотно расписаны, что некоторые проекты откладываются. В качестве весомого аргумента я привожу им в пример Пашины слова: «В Областном ТЮЗе комфортно работать».
 
В прошлом сезоне у нас состоялась премьера спектакля Шукшина в постановке щукинца Алексея Доронина. Также мы выпустили музыкальный спектакль для детей и взрослых «Важная птица» Игоря Афанасьева по потрясающей, на мой взгляд, пьесе молодого автора Яны Стародуб-Афанасьевой и детский спектакль «Винни-Пух» в постановке Юрия Алесина. В следующем сезоне грядет премьера «Ревизора», за которую возьмется режиссер (и по совместительству мой супруг) Александр Нестеров. Спектакль тоже музыкальный – артисты будут петь и играть на русских народных инструментах. Согласие дал и прекрасный педагог Щукинского училища, режиссер Александр Коручеков, который будет работать над «Двенадцатой ночью» Шекспира. После этого мой друг и замечательный режиссер Алексей Франдетти поставит музыкальную сказку «Питер Пэн».
 
– Насколько важен для вас зрительский отклик? Критика о спектаклях Областного ТЮЗа пишет редко, но по результатам народного голосования за вашу роль в спектакле «Про мою маму и меня» вы получили «Звезду Театрала»-2016…
– Я абсолютно точно могу сказать, что только благодаря «Пяти вечерам» критики наконец увидели во мне серьезную актрису. И, судя по рецензиям, работа им понравилась, хотя прежде критики меня вообще никогда не замечали, чего не скажешь о зрителях. Именно поэтому я безумно благодарна Премии «Звезда Театрала». Она абсолютна честная, так как зрители сами заходят на сайт и голосуют. Сейчас, благодаря вашей премии, на спектакль «Про мою маму и меня» очень сложно достать билет, и все же хочется, чтобы как можно больше людей, которые голосовали и по каким-то причинам не видели номинированный спектакль, пришли и лично убедились, что не зря отдали свой голос.
 
Художественный руководитель-женщина – явление для нашего театра довольно редкое…
– И все же в одной только Москве можно назвать с десяток женщин-худруков. Мне кажется, ничего экзотичного в этом нет: женщины вообще более выносливы по жизни, чем мужчины, причем не только морально, но и физически, так что мы тут еще поборемся.
 
Прошло два с половиной года с тех пор, как вы возглавили Областной ТЮЗ. Обычно труппа новых руководителей встречает с опаской. Как обстоят дела у вас в коллективе?
– Сейчас у меня полное ощущение, что я прихожу в театр как в родной дом. Артисты стали очень дружны. Мы делаем капустники, устраиваем посиделки и в эти моменты ощущаем, что мы одна большая семья. Недавно сыграли еще одну «театральную» свадьбу. Это уже седьмая ячейка общества в нашем театре.  Меня это очень радует, потому что больше всего я ненавижу интриги – это самое ужасное в актерской профессии, поэтому любые поползновения пресекаю на корню – в нашем театре этого не будет!
 
Кстати, Сергей Безруков, став худруком Губернского театра, начал активно помогать молодым артистам пробиваться в кино. Вы, кажется, в стороне от этого?
– Нет, почему же, я делаю то же самое, что и Сережа. Если снимаюсь в сериале, то стараюсь устроить туда и своих артистов. Недавно на Пятом канале состоялась премьера сериала «Следствие любви», где большинство ролей сыграли актеры Областного ТЮЗа. На съемочную площадку я привела целую команду, и сейчас стараюсь приглашать на наши спектакли кинорежиссеров и продюсеров, чтобы они увидели моих замечательных талантливых артистов.
 
В советское время ТЮЗы играли особую идеологическую роль – воспитывали подрастающее поколение. Потом прошли годы, и от этой системы осталось одно название. Сегодня, на ваш взгляд, какую функцию выполняет ТЮЗ?
– Такую же, как и прежде, только без партийно-идеологического репертуара. Вообще я думаю, что в ТЮЗе может быть лишь одна идеология – идеология добра, и чем раньше ребенок будет приобщаться к театру, тем лучше.  Вначале это, к примеру, «Три поросенка», дальше – «Золушка», потом – «Про мою маму и про меня». Если человека с детства не водить в театр, то в подростковом возрасте можно уже опоздать. С современным засильем гаджетов нужно сделать постановку настолько яркой и красочной, чтобы ребенок ни в коем случае не утыкался в телефон. Он должен забыть про технику и сосредоточить свое внимание на спектакле, мы за это боремся.
 
Удается?
– Да, я рада, когда вижу со сцены, что в зрительном зале нигде не отсвечивает экран: понимаю, что мы завладели их вниманием и удерживаем его. Это наша маленькая победа.
 
Работая с детьми, не обращали внимания, какие проблемы наиболее актуальны для тинейджеров?
– Я не знаю, какой вызов сегодня бросают подростки новому поколению, лишь вижу, что они почти все больны этим страшным недугом под названием «гаджетомания». Наша задача – постараться хотя бы на время их отвлечь. Достучаться до их души, чтобы подросток увидел, как прекрасен окружающий мир. Молодежь устраивает свидания, однако вместо того, чтобы общаться друг с другом, сидит, уткнувшись в телефоны. Я как-то была в кафе, оглянулась и была поражена: у каждого в руках светился гаджет. Зачем? Это просто кошмар.
 
Нет ли в планах поставить об этом спектакль? Я имею в виду спектакль о недостатке нормального, доброго, искреннего человеческого общения.
– Знаете, если найдется пьеса об этом, то почему бы нет?! Я как Дон Кихот – сражаюсь с ветряными мельницами. Ничего, пока получается.
 
А как вы выстраиваете репертуарную политику? Все-таки ТЮЗ – заложник своего названия. Здесь не поставишь Сигарева, не пригласишь Богомолова…
– Я за то, чтобы театр был разным. Я бы, например, не смогла руководить «Гоголь-центром» или «Электротеатром», потому что это всё не мое. А в ТЮЗе я абсолютно на своем месте, поскольку очень люблю детей.
 
В год мы должны выпускать от трех до пяти постановок, в зависимости от финансирования. И тут важно распределить так, чтобы в репертуаре появлялись спектакли и для малышей, и для подростков, и для взрослых. Но мне хочется, чтобы вне зависимости от возраста каждый зритель учился чему-то хорошему. Так много в нашей жизни проблем, так много горя, что порой не хватает обыкновенного душевного света. Добро нести хочется, вот задача нашего театра.
 
Свой творческий путь вы начинали в Театре им. Вахтангова, потом ушли из труппы, но все же по коллективу скучаете?
– Конечно, ведь с ним в моей жизни многое связано! И всякий раз убеждаешься в этом, когда выходишь на эту легендарную сцену. Кстати, в декабре прошлого года я принимала участие в трехсотом, юбилейном, спектакле «Мадемуазель Нитуш» и вновь испытала трепет. Еще бы, такое событие! Ночь не могла уснуть, так нервничала и переживала. Хотя в свое время я сама ушла из Вахтанговского театра…
 
– Почему?
– Когда с нами что-то случается, мы к Боженьке кидаемся: «Господи, за что?!». Это, на мой взгляд, неправильная постановка вопроса.  Нужно спрашивать: «Господи, для чего?!» И вот только сейчас, спустя восемь лет после ухода, я поняла, для чего это было нужно. Останься я тогда в театре, сейчас бы не было в моей жизни ни «Пяти вечеров», ни «Леди совершенство», ни «Варшавской мелодии»… Скорее всего, я бы продолжала сидеть и ждать ролей. Но трепет от выхода на мою любимую сцену никто не отменял. Мне очень приятно было принять участие в «Нитуш» и показать, что ты еще, в общем-то, эге-гей! В конце сезона я вернулась в этот спектакль, но уже в новой роли – мадемуазель Корин, которую, кстати, играла в кино Людмила Марковна Гурченко.
 

teatral-online.ru

© В МИРЕ ТЕАТРА

Оставьте комментарий к этой записи ↓

Ваше имя *

Ваш email *

Ваш сайт

Ваш отзыв *

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию. Нажав кнопку "отправить", вы даете согласие на обработку своих персональных данных.