В Мире Театра!

Татьяна Сельвинская: «С двух лет я знала, что буду художником»

2 ноября 2017 года Татьяне Ильиничне Сельвинской исполняется 90 лет. Тата - так по-прежнему зовут ее коллеги и ученики. Она - известный сценограф, художник, замечательный педагог и поэт. Человек стремительной энергии, она всегда находится в центре внимания и полна новых идей. Как говорят ее коллеги: «Великие предшественники принесли живопись в театр, а Сельвинская принесла театр в живопись».

- Мне чрезвычайно повезло с учителями – отец, Фальк, Тышлер, Курилко-старший. Не меньше и с учениками – их около сотни. Среди них известные сценографы, графики, живописцы», - рассказывает Татьяна Ильинична.

«Что ни задумаешь – все риск. За это жизни поклонись», - написала она в одном из своих парадоксальных и философских стихов. Стихи пришли к ней после ухода отца. Она уверена - это он их ей посылает. Наверное, это мистика. Да, так ведь она и написала: «Жизнь подобна баллистике. Жизнь – это попросту мистика». И поэтому случайными закономерностями или вернее закономерными случайностями полна ее жизнь.  Встречи. Чувства. Все - в плену мгновения, и все - в связи с вселенной.

- Борис Слуцкий был учеником моего папы и как-то я показала ему свои стихи. Он мне сказал: «Вы же профессионал, столько лет работаете в театре. Как вы так вдруг ни с того ни с сего начали стихи писать?!»  А потому, что папа их мне «прислал»!  Через пять лет после смерти отца накануне его дня рождения, я шла по улице, и мне вдруг начали приходить строки стихотворения. Это был верлибр, он напечатан в моей книжке и назван «Моему отцу». И после этого стали идти и идти строки. Я совершенно убеждена, что это – отец... Вообще очень много мистики в жизни.  Например, меня три года после института никто работать в театр не приглашал, я думала - все кончено. И вдруг я знакомлюсь с человеком из Одессы, ставшим впоследствии моим мужем, и почти в это же время меня приглашают в Одесский драматический театр ставить первый мой спектакль… Моя мастерская -  совершенно случайно оказалась прямо напротив моего дома…

11 ноября в Главном здании Театрального музея имени Бахрушина откроется выставка Татьяны Сельвинской «Радуга жизни. Жажда любви и дружбы. Живопись». На этой выставке будут представлены ее живописные работы, созданные в период 2015-2017 годов. Импульсом к написанию новых картин послужили детские рисунки художника, которые выставлялись в Театральном музее два года назад вместе со зрелыми ее работами. Именно тогда у Татьяны Ильиничны родилась идея написать спустя 80 лет картины на трогательные сюжеты из детства. В результате на свет появилась новая живописная серия «Радуга жизни».

- Есть художники, которые отражают мир реальный, а есть те, которые создают свой мир. Часто на стыке двух процессов возникает искра. Так бывает и в науке, и во всех областях. Так и здесь, на стыке театра и живописи возникло мое искусство. Поэтому мне очень важен и близок Тышлер, ведь он и живописец, и театральный художник. Я в театре -живописец, а в живописи - театральный художник, - говорит она.

- В нашем искусстве есть сторона сюжетная и сторона музыкальная. Должно быть и то, и другое. Когда только музыка, без сюжета, - это абстракция. Я думала, никогда в жизни не буду заниматься абстракцией, ничего в ней не понимала. Пока не съездила в Китай. И когда я увидела их «бамбуки с птицами», я понял, что это и есть самая настоящая абстракция. И наступил момент увлечения этим.

Я, вообще, все время меняюсь. Это мое, можно сказать, уникальное свойство. Если у меня начинает что-то получаться, то мне становится скучно, значит, пора что-то другое искать. Это не значит, что я сижу и что-то специально выдумываю, но просто я чувствую, что именно мне надо. Например, недавно начала работать под музыку. «Цвет» композитора я знаю. Вот, если Шопен, то, даже не включая, я знаю какого он цвета для меня. Я на холст выжимаю краски кучками прямо из тюбика. Беру мастихин, слушаю ритм и мастихином этот ритм укладываю, смешиваю. А потом смотрю уже как художник на то, что получилось чисто композиционно.  Один мой друг искусствовед, любитель и знаток музыки мне говорит: «Этого нельзя делать!», потому что он иначе слышит, чем я. Но я же не претендую на истину. Просто, это – мое восприятие.

Моя теория заключается в том, что художник в самом высоком смысле этого слова, по-настоящему, не может быть скромным, если после всех гениев, которые были до него, он все же взялся за кисть!  С двух лет я знала, что буду художником. И родители знали, но не заставляли меня ничему учится насильно.

teatral-online.ru

© В МИРЕ ТЕАТРА

Метки записи:   ,
Оставьте комментарий к этой записи ↓

Ваше имя *

Ваш email *

Ваш сайт

Ваш отзыв *

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию. Нажав кнопку "отправить", вы даете согласие на обработку своих персональных данных.