В Мире Театра!

В Петербурге прошел международный театральный фестиваль «Радуга»

В 17-й раз Санкт-Петербургский ТЮЗ  им. Брянцева провел Международный театральный фестиваль «Радуга». По традиции – семь дней как семь цветов радуги – яркие и разные. И даже по количеству представленных стран тоже попадание в «радугу» – семь театров зарубежных и семь – российских. Причем разброс в географии весьма оригинален: Иран, Франция, Латвия, Дания, Болгария (в содружестве с США), Грузия, Польша, а также Татарстан (Альметьевск), Казахстан (Астана), Москва, Орел, Петербург.
 
Открылся фестиваль «Бунтарями» (на фото), постановкой Александра Молочникова, которую 24-летний режиссер осуществил на сцене МХТ им. Чехова. Спектакль, представляющий собой рок-концерт, в котором сходятся три категории бунтарей (декабристы, народовольцы и рокеры 80-х), вызвал весьма противоречивые мнения критиков. Трудно определить жанр, балансирующий от капустника до перформанса, но спектакль уж точно не сделан скучными руками: это своего рода стеб на тему бунтарства в России, которое так ни разу и не привело ни в какое светлое завтра.
 
Бунтарский дух был подхвачен премьерным спектаклем Санкт-Петербургского ТЮЗа «Носороги», который создала в тесном содружестве команда московского театра А.Р.Т.О. – Николай Рощин, Андрей Калинин и Иван Волков. Личность восстает против засилья носорогов, в которых превращаются все вокруг, желая слиться с толпой. Хрестоматийный текст абсурдиста Ионеско изрядно сокращен, действие перенесено в пространство безвременья, персонажи сильно состарены и нежизнеспособны, на пятки им наступают молодые сильные представители арабского мира. Можно простроить аллюзии со старушкой-Европой, в которой усиленно ассимилируются беженцы с Востока.
 
Абсолютным открытием фестиваля стал спектакль «Макбет» Иранского театра «Макс Театр Групп», участник многих престижных европейских фестивалей. 32-летний режиссер Реза Сервати не столько представил Шекспира на сцене, сколько через поэтическую и пластическую форму рассказал о своем ощущении мира в состоянии войны, которой много лет был охвачен Иран, о проклятии возвращения памяти, о хладнокровном убийстве, о насилии и крови ради власти. У Реза Сервати свой особый почерк: в воспоминания его детства вошли изувеченные войной люди, в его сознании сформировалась эстетика безобразного. В том, как играют, двигаются, какие позы принимают актеры на сцене, чувствуется, что уродство и красота для Резы очень близкие понятия. Сервати – художник  всех своих спектаклей. Сценографию он решил в стиле contemporary art , через символичные предметы – квадрат стены, круглое отверстие, подсвеченный шар, выезжающий на передний план прозрачный куб, в котором то ли кусок окровавленного мяса, то ли вынутый из чрева мертвый человеческий зародыш…
 
Реза пригласил на роль леди Макбет актера Наваба Сорая, покоренный его пластичностью, посчитав, что он точнее, чем женщина-актриса сможет передать всю жесткость и ненависть в характере героини. Сплав восточной и западной культуры доведен до совершенства: здесь сошлись биомеханика Мейерхольда, японский танец буто и иранская миниатюра. Отточены движения пальцев, повороты не только головы, но и глаз, все это совпадает по ритму с оригинальной музыкой Фаршада Фозуни, который исполнял ее вживую во время действия.
 
Весьма интересным оказалось решение пьесы Анны  Яблонской «Язычники». В постановке знаменитого литовца Йонаса Вайткуса в русском театре из Астаны актеры ведут свои драматические диалоги о семье, о любви, о предательстве, о вере, сидя на стульях с закрытыми глазами. Фигуры говорящих подсвечиваются, а когда актеры замолкают, темнота скрывает их. По словам артистов, Вайткус вначале попробовал решить пьесу в бытовом ключе. Вернувшись в театр через месяц, предложил сесть на стулья и проговорить весь текст, не вставая. Это оказалось неимоверно сложно, потребовало большого внутреннего наполнения, концентрации энергии. Но «дуга» живого, пульсирующего общения возникает как между героями, так и между актерами и публикой. Особенно остро эта связь начинает ощущаться во втором действии, когда конфликт обостряется, молодая героиня прыгает с балкона… Из состояния комы ее выводят  то ли бабушкины молитвы, то ли африканская языческая маска Боцмана ,а, скорее всего, любовь, которую к ней начинают испытывать ее близкие. Вот об этом спектакль. В конце главные персонажи открывают глаза – прозревают.
 
Атмосфера фестиваля была такой искренней и теплой, пронизанной нитями доброжелательного узнавания, что драматург Майя Праматарова, по пьесе которой в театре болгарского города Русе был поставлен спектакль «Белое на белом» и привезен на «Радугу», сказала, что здесь, в любимом Петербурге, где в свое время Майя училась, она в эти дни чувствовала себя больше дома, чем там, где живет сейчас – в Нью-Йорке. «Благодарю фестиваль за эту родственность душ», – сказала на прощание Майя. Эти слова вполне могут стать девизом «Радуги».

teatral-online.ru

© В МИРЕ ТЕАТРА

Оставьте комментарий к этой записи ↓

Ваше имя *

Ваш email *

Ваш сайт

Ваш отзыв *

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию. Нажав кнопку "отправить", вы даете согласие на обработку своих персональных данных.