Каталин Любимова: «Юрий был невероятным человеком…»
Вечером 30 сентября, в день столетия режиссера на Исторической сцене Большого театра состоится Концерт-посвящение патриарху отечественной сцены. А в преддверии этого события будут награждены лауреаты Общественной премии Юрия Любимова. В нынешнем году ими стали Лео Бокерия, Юрий Григорович и Рустам Хамдамов. В преддверии юбилея «Театрал» задал несколько вопросов жене режиссера Каталин Любимовой.
– Каталин, целый год имя Юрия Любимова не покидает афиш, проходит множество мероприятий, посвященных его памяти. И, пожалуй, юбилея такого масштаба не было ни у кого из театральных деятелей. Как вам это удалось?
– Вы абсолютно верно рассуждаете. Юрий Петрович ушел от нас на 98-м году жизни. До последнего дня был с абсолютно ясной головой. И после его ухода я стала думать... Я поняла, что должна готовиться к столетию вовремя, потому что это не делается за пять минут.
Начала с того, что вместе с директором Фонда Любимова, моей соратницей Еленой Смирновой сформировала программу. В последующие годы программа, конечно, менялась не раз, однако это были перемены в лучшую сторону. И лишь затем я стала писать письма и ходить по инстанциям. На мое счастье, просьба была услышана. Иными словами, Фонд Юрия Любимова подавал городу идеи и предложения, благодаря чему шаг за шагом вырабатывалась та линия, которая в итоге получилась.
– То есть особых препон вы не встречали?
– Нет, не встречала. Я благодарю Леонида Печатникова и правительство Москвы. Они очень нас поддержали. Я встречалась и с Министерством культуры, и лично с Мединским. Все, что мы замыслили, доведено до победного конца.
– Но все же, чем, на ваш взгляд, обусловлена такая любовь к Юрию Петровичу?
– Россия умеет любить только мертвых... Но я бы так не рассуждала, хотя доля правды здесь есть. Юрий Петрович создал уникальный театр. Он реформатор и мирового театра. Его масштаб не только российский… И теперь все больше людей это понимают.
В Высшей школе экономики, например, есть лаборатория, которая изучает творчество Юрия Любимова. Там работают серьезные люди. И это для меня настоящий подарок.
Юрий Петрович делал поэтический театр, музыкальный театр. Он менял форму, и это был не реалистический, а условный театр. И он всегда стремился к синтетическому искусству. То есть всё вместе: не только слово, но и движения, музыка, ритм, – все составляющие. Он беспрерывно фантазировал, и это делало его постановки уникальными.
Он был невероятным человеком, и я до сих пор считаю, что не знаю его достаточно глубоко.
– До сих пор?
– Да. Спустя 38 лет совместной жизни...
Он мог, например, сказать нечто такое, чего ты никак не ожидал. Но со временем становилось понятно, насколько он был прозорлив в своих оценках. Не помню случая, чтобы интуиция его подвела. Даже когда после изгнания его позвали обратно в Россию, он, не колеблясь, согласился, сказав, что это – его долг.
– Вы не пытались его отговорить?
– Нет. Я сказала: «Юрий, это ваше решение. Вы русский человек, вы родились в России. Все предки в российской земле. Вы сделали свой знаменитый театр и опять же там – друзья. Если решите вернуться, то я вернусь вместе с вами». Я все годы нашей совместной жизни обращалась к нему только на «вы».
Подробное интервью с Каталин Любимовой читайте в ближайшем номере «Театрала»
© В МИРЕ ТЕАТРА
